Виктор Черномырдин

     Виктор Черномырдин возглавил правительство страны в самом конце 1992-го, в период хаоса, безвластия, когда Россия окончательно высвободилась из советского панциря и начала болезненный путь к рынку. Обстановку разряжали афоризмы Черномырдина: «Виктор Степанович, почему у Вас в правительстве не было женщин?» — «Да не до того нам было».
     Бастующие шахтеры, голодающие пенсионеры, страшные события в Чечне, организованная преступность, реки крови, страх и отчаяние, глубочайший экономический кризис, кризис власти. Кому верить? Кто наведет порядок?

Второе лицо в государстве

     С террористами не разговаривают – их уничтожают. Однако все помнят черномырдинскую фразу: «Шамиль Басаев, говорите громче». Весной 95-го Первая чеченская кампания заканчивается, федеральные войска близки к победе. У Басаева было 2000 боевиков, а осталось всего 300. И он решил предпринять террористическую атаку на один из российских городов.

     Выбран был Буденновск. Бандиты расстреливали людей прямо на улицах. В захваченной больнице было 1600 человек: пациенты, персонал, случайные горожане. Террористы требовали от российских властей прекратить войну в Чечне. Для Запада и либеральных изданий Басаев был борцом за независимость своей маленькой республики, поэтому они горячо призывали Ельцина пойти на переговоры. При этом, соблюдая приличия, взятие заложников они осуждали.

    17 июня 95-го в пять утра начался штурм. Прикрываясь живыми щитами, басаевские бандиты вели стрельбу по нашим военным. Бой длился четыре часа. Погибло около ста заложников и пытавшихся освободить их офицеров. Четыреста человек получили ранения. Потери террористов были вдвое меньше.
     После прекращения неудачного штурма премьер-министр РФ Черномырдин лично позвонил Шамилю Басаеву. Это было беспрецедентное решение в истории России. Впервые политик такого высокого ранга лично обращался к террористу, бандиту, шантажирующему правительство огромной страны.
     И Черномырдин смог договориться с Басаевым. Девятнадцатого числа большинство заложников освободили, а террористам предоставили автобусы и позволили уйти в Чеченскую Республику.
     Для освобожденных людей это была колоссальная победа российского правительства. Черномырдин спас полторы тысячи человек. Но отпущенные на свободу террористы и сам факт ведения диалога с преступниками у многих вызвали тогда волну негодования.
      По телевизору зрители видели лишь маленький фрагмент переговоров Черномырдина с Басаевым. В реальности они длились несколько часов. Но подробности находятся под грифом «секретно», и стенограмму никто никогда не прочтет. Думал ли Виктор Степанович тогда, что выхваченная фраза про «говорите громче» будет выглядеть недостаточно героически, что его поступок может губительно сказаться на любой политической карьере? Конечно, нет. Главным было спасти людей.
     События в Буденновске были первым мощным ударом по здоровью Черномырдина. Внешне он сохранял свое фирменное спокойствие, но это только внешне.
     Павловская реформа 91 года просто ограбила каждого жителя страны. Пустые прилавки, развал когда-то мощной державы. Доверия к власти никакого. С одной стороны коммунисты, но мы ведь вроде отказались от этой идеологии, двинули в капитализм. С другой стороны молодые реформаторы. Но говорят они непонятно, доверия к ним тоже никакого. В Белом доме формировались различные группировки и партии, а простые люди мучительно искали опоры – человека, которому можно верить.
     Егор Гайдар был исполняющим обязанности премьера. Борис Ельцин хотел, чтобы он сохранил свой пост, но ничего не вышло. Против были две трети депутатов. И Борис Николаевич придумал хитрый план – предложил на роль премьер-министра пять человек. Среди названых имен был и Виктор Черномырдин, считавшийся «красным директором» и опытным промышленником. Съезд выбрал его.

    Почти каждое выступление Виктора Степановича сопровождалось какими-нибудь новыми афоризмами, прозванными «черномырдинками». Правда, люди, которые его не любили, говорили, что это вовсе не мудрость, а косноязычие – вполне понятный результат не особо блестящего образования. Черномырдину припоминали тройки в деревенской школе и корочки заштатного политеха в Куйбышеве. А те, кто глубоко уважал Виктора Степановича, говорили, что пятерки – не признак порядочного человека и будущего толкового руководителя.


     Свое первое интервью в ранге премьера Черномырдин дает в самолете. Ельцин в это время в Китае, а Виктор Степанович летит в Казахстан – просить хлеб у Назарбаева. Продажа огромных предприятий в частные руки – это то, в чем часто упрекают российскую власть в девяностых. Многие называют приватизацию «разбазариванием национального достояния», упрекают правительство Черномырдина в заниженных ценах и формировании такого неприятного для большинства россиян класса олигархов. Но мало кто знает, как тяжело все это далось премьеру.

     Испытания, которые прошел ЧВС за шесть лет премьерства, — самые яркие страницы новейшей истории России. Расстрел парламента, война в Чечне, нищета и наивность граждан. Чего стоит только АО «МММ»! Тяжелейший экономический кризис – «черный вторник» — был шоком, забыть который невозможно.
     Уроки молодым политикам Черномырдин давал незабываемые. В 1995 году в Ростове-на-Дону вице-премьер Анатолий Чубайс провел тяжелый разговор с бастующими шахтерами. Прямо в шахте. Глубоко под землю, к народу, его отправил именно Черномырдин.
     Деревня Черный Острог, Оренбургская область. Он родился здесь в 1938-ом в многодетной семье простого крестьянина. Даже став вторым человеком в российской власти, односельчан навещал очень часто, как будто все они были его близкими родственниками.
     Степан Маркович Черномырдин, отец будущего премьера, вернулся с войны с тяжелым ранением. Он чудом выжил в бою подо Ржевом. Витя сел за руль отцовской машины, когда ему было шесть лет. Пас вместе с дедушкой коров, уходя в бескрайние степи на недели. Полол огород, собирал, чтобы жечь в печи, кизяки – сухой навоз. Помогал своей матери вязать пуховые платки. Работа — ежедневная, изнуряющая – была естественной нормой жизни. Вернее, выживания.
     Москва, 1989 год. Приема у Николая Рыжкова, который был в то время председателем Совмина СССР, Черномырдин ждал несколько дней. И состоялся он в половине второго ночи. Рыжков выглядел очень уставшим.
     ЧВС, в то время министр советской газовой промышленности, начал сбивчиво объяснять, что для работы с зарубежными нефтегазовыми концернами нужна собственная корпорация, а не министерство. Как минимум для того, чтобы облегчить юридическое оформление бумаг и не тормозить процессы экспорта газа. Страна станет зарабатывать гораздо больше. И минут за десять было принято историческое решение о создании «Газпрома». Сам же Виктор Степанович станет его руководителем.
     После развала  СССР Черномырдин превратит «Газпром» в акционерное общество и потратит немало сил на то, чтобы компания стала монополистом, и не было никаких попыток разделить ее на несколько структур. Но доходы основателя и акционера «Газпрома» всегда будоражили народное воображение. Хотя толком того, сколько у него и чего, никто не знал. Сочинялись анекдоты: «Виктор Степанович, какое Ваше место рождения?» — «А Вы про какое месторождение – нефтяное или газовое?»
     Обозреватель «Комсомолки» Александр Гамов как-то должен был выполнить ответственное задание редакции: узнать у Черномырдина, правду ли пишет западная пресса о стоимости его заколки для галстука. Утверждалось, что цена ей — $10000. Услышав вопрос, ЧВС удивленно посмотрел на журналиста, потом сорвал вещицу с галстука и протянул ему: «Дарю. Иди и узнай, сколько она стоит, потом напиши». После интервью Гамов выяснил, что цена такой заколки составляла $100
          Богатство Черномырдина активно обсуждала и западная пресса. В Нью-Йорке на одной из масштабных пресс-конференций одна журналистка огорошила его вопросом: «Правда ли, что Вы украли $7 миллиардов?» Ответ российского премьера потом цитировали долго: «Давайте так: кто найдет, половину отдам». Никто не нашел.

      Страна смеялась над программой «Куклы», где персонаж Виктора Степановича был одним из самых популярных. Но в 1995 году создатели передачи задумались, не обижает ли этот юмор и резиновая кукла второе лицо в государстве. Может, так шутить не стоит? И они привезли актера в образе этой куклы на встречу с прототипом.

     Черномырдин искренне хохотал, общаясь с ним, хотя сказал, что могли бы сделать куклу и посимпатичнее.

Он работал Черномырдиным

   

     На юбилее «Газпрома» на сцену вышла жена основателя Валентина Федоровна и исполнила танец «Цыганочка». Вместе они прожили полвека. Познакомились, когда Виктор только пришел из армии и работал в Орске слесарем. И собирался жениться на другой, которую тоже звали Валя.
     Говорят, что всех конкуренток Валентина Федоровна победила своим красивым голосом. Пропал Черномырдин, как только она при нем запела русскую песню. О таких, как Валентина Черномырдина, говорят: «надежный тыл», «боевая подруга», «верная спутница жизни». Эта женщина целиком посвятила себя служению мужу. Супруг менял рубашки дважды в день, и ее часто можно было застать гладящей целый ворох мужниной одежды.
     Когда ЧВС уже стал влиятельным московским чиновником, членом ЦК КПСС, а потом и вовсе вторым лицом в стране, она, конечно, рубашки уже не гладила. Но она не могла оставить привычки детально осматривать костюм мужа перед началом каждого рабочего дня. Когда была хотя бы малейшая возможность, он всегда брал жену с собой. И она совсем не была его серой тенью. Ее наряды и поведение говорили об уверенности в себе и желании быть в центре внимания. И Черномырдин не просто ее любил. Он по-настоящему ею гордился.
     А вот своих детей Виктор Степанович видел редко, ими занимались его родители. С воспитанием внуков дедушка и бабушка справились отлично. В Черном Остроге соблазнов и способов превратиться в бездельных мажоров и хипстеров не было. Правила жизни были строгими.
     Созданный Черномырдиным «Газпром» еще в девяностые назвали «хребтом государства». Ведь сразу после своего основания он стал стабфондом, формальным и неформальным источником денег для правительства. В 97-ом ЧВС потребовал у Рема Вяхирева, который в то время руководил газовым концерном, 2 миллиарда рублей на выплату долгов по пенсиям. Ослушаться премьера тот не посмел.
     Интересно, что в юности Черномырдин совсем не хотел быть большим начальником. Мечтал о небе. Летчиками тогда хотела стать половина молодых людей страны. Но как-то машина, которую вел Виктор со своим другом, застряла в зимней степи. И мечты о самолетах пришлось забыть. Он простудил почки и уже не мог по состоянию здоровья рассчитывать на карьеру пилота.
    После окончания Куйбышевского политеха молодой инженер Виктор Черномырдин несколько лет работал в Орском горкоме партии. Заведовал отделом. Был на хорошем счету. Но бумажная работа провинциального аппаратчика была явно меньше размаха его амбициозной личности. И он пошел на большую стройку. Рождался гигант – Оренбургский газоперерабатывающий завод.
     Успехи Черномырдина высоко оценил Косыгин. Завод был запущен в рекордные сроки, организация производства на высшем уровне. Виктора Степановича назначают замминистра газовой промышленности всей страны и предлагают прекрасные условия номенклатурной жизни в столице. Большая зарплата, прекрасная квартира, возможность часто бывать в Кремле и продолжать движение наверх. Но через неделю работы в Москве он созывает подчиненных и велит собирать чемоданы, решив перенести свой штаб в Тюмень.
     Когда он заберется на самый верх, то продолжит удивлять крутыми решениями. Разносы подчиненных Черномырдин устраивал, жестко требуя говорить об истинном положении дел. Он был очень авторитарным руководителем. Позволял себе и слова, которые называют ненормативной лексикой. Но не для связки выражений, а для точной характеристики ситуации, чтобы уж дошло до всех. И доходило. Очень быстро.
     Борис Ельцин долго не решался лечь на операционный стол. Но к ноябрю 96-го решение было принято, ведь это уже был вопрос жизни и смерти. Во время проведения ему аортокоронарного шунтирования его обязанности исполнял премьер-министр. Как позже рассказывал сам Черномырдин, часы, пока длилась операция, и время, когда Ельцин приходил в себя, были самыми сложными в его политической жизни. «Президентствовать – это не мое», — признавался ЧВС.
     Но множество людей считало, что как раз его, и Черномырдин – лучшая альтернатива Борису Николаевичу. А болезнь президента – прекрасный повод для смены власти. Он всегда и во всем хотел быть только первым. Но в отношениях с президентом спокойно и с достоинством играл роль второго. Хотя Ельцин был уже слаб, и путем не самых сложных комбинаций корону можно было отобрать.
     Подходя к кабинету Бориса Ельцина в марте 98-го, за две недели до своего 60-летнего юбилея, он понял по поведению секретарей, что за дверью его ждет какая-то грандиозная и очень неприятная новость. И он не ошибся – его отправляют в отставку. Все годы, что он был у власти, от него исходила огромная уверенность. Все поражались устойчивости психики Черномырдина, его выдержке и спокойствию. Страна впервые увидела в вечерних новостях его растерянным, с каким-то совершенно чужим для него выражением лица.
   

      Через пару лет в стране появился новый президент, который назначил Черномырдина послом России на Украине. При объявлении этого решения случилась оговорка, сравнимая с лучшими афоризмами самого Виктора Степановича, то есть выражающая суть. Владимир Путин сказал: «Он там будет работать в качестве черномы… в качестве чрезвычайного посла».
    «В качестве Черномырдина» — это значит снова стать мостиком, урегулировать все конфликты, надавить авторитетом, навести порядок. На Украине перед российским послом открывались любые двери, его боялась и уважала вся элита страны. Хотя отношения с «незалежной» уже тогда были сложные.
     На Украине Черномырдин продолжил говорить афоризмами. На слабые места украинских политических деятелей указывал без оскорблений, но образно и чувствительно: «Даже если в этом деле и есть прокремлевская рука, то эту руку мы всегда протягиваем с добром и помощью».
     Но здоровье Черномырдина было все хуже. Отказывали почки, застуженные еще в голодной юности. Операции не помогли. После возвращения в Россию он потерял тридцать килограммов, боролся со злокачественной опухолью.
     Но первой умерла Валентина Федоровна. От той же беспощадной болезни. Отпевали ее в храме Новодевичьего монастыря. Эта потеря была последним, самым сокрушительным ударом для человека, которого все считали великим и очень сильным.
     После ухода любимой жены он прожил всего несколько месяцев. Как будто перестал чувствовать вкус жизни, просто ждал своего часа, выел себя изнутри. Тоска была невыносимой. На фоне острой почечной недостаточности и онкологического заболевания случился инфаркт миокарда. Черномырдин ушел 3 ноября 2010-го.
   

      Что вспоминали в дни прощания с ним? В первую очередь спасенные Черномырдиным жизни. В Буденновске. В Югославии, где он пытался остановить войну, выступив посредником в переговорах между Милошевичем и НАТО. Конечно, все вспоминали, как он спасал Россию от экономического краха, последовательно проводя реформы, понимая войны политических группировок. Говорили о выдающемся вкладе в газовую промышленность, личных качествах: преданности, мужестве, мудрости и небывалом авторитете. Плакали все – и близкие, и те, кому просто довелось хотя бы однажды с ним встретиться.
     Можно долго разбирать все его поступки и решения, критиковать и сомневаться. Но одно совершенно очевидно: это был политик, который успокоил миллионы пребывающих почти в истерике граждан одним своим видом, манерами настоящего мужчины.
     И, конечно, все еще долго будут цитировать «черномырдинки» — меткие выражения, рожденные абсолютным экспромтом, помогавшие пережить все передряги в стране.

Лидер политической партии «Свобода и Народовластие»     
А.Н. Асеев

0

Читайте также:

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *